— Я не хочу, — сказала Зина.

— Ты что, поела?

— Да, — сказала Зина.

— Как хочешь.

Она ушла, прикрыв дверь.

Зина весь вечер просидела одна. Кое-как доделала уроки. Потом смотрела на фотографии.

Подумала: «Только его здесь и не хватает!»

Она слышала, как в столовой смеялись мама и дядя Коля. Потом — как они включили телевизор.

Зина не выходила.

Прошел час и другой.

Телевизор щелкнул. Выключили. Мама на кухне гремела посудой. Наконец и там стало тихо.

Зина продолжала сидеть за папиным столом.

Часы показывали половину двенадцатого.

— Ты что не спишь? — Мама появилась в ночной рубашке.

— Не хочу, — сказала Зина.

Мама прикрыла дверь и подошла к ней:

— Ты почему злишься?

— А почему ты замуж не выходишь? — резко спросила она.

— Ах, вот ты о чем? — Мама будто удивилась. — А если я не хочу?

Зина молчала.

— А знаешь, что я его выгоню? Скоро. Может быть, даже завтра?

У Зины подскочили брови:

— Как?

— А вот так!

И она вышла, даже не сказав «спокойной ночи».

* * *

И раньше Зина ничего не понимала, а теперь запуталась вовсе.

На следующий день дядя Коля действительно не пришел. Пришел другой — молодой, моложе мамы, в очках на горбатом носу. Представился Зине:

— Валерий Алексеевич.

Мама опять восторженно хлопотала вокруг, не зная, как угодить Валерию Алексеевичу. А тот стеснялся, молчал и от робости, видимо, называл Зину на «вы».

Валерий Алексеевич был приятнее дяди Коли. Он оставался дома допоздна, Зина уже засыпала, но утром его никогда не оказывалось.

«То ли ночью ушел, то ли рано утром», — думала Зина.

Так было с полгода. Пропал Валерий Алексеевич так же неожиданно, как и появился.

И буквально следующим вечером на смену ему пришел дядя Жора. Этот был опять сед и стар, и ростом ниже мамы на полголовы, и еще заикался.